"12 апреля 2010 г.
Высшее Правосудие.
Сегодня в России траур по погибшему 10 апреля в авиакатастрофе у Смоленска высшему польскому руководству. Если погибли бы частные лица польской национальности, то нижеследующих слов не было бы, появились бы только соболезнования, но погибли высшие польские политики, без официального приглашения летевшие исполнить совершенно определённую политическую миссию, нам не дружественную. И тут без рассмотрения подоплёки событий вокруг визита, далеко выходящего за частные рамки, не обойтись. Траур в День космонавтики - в день нашего триумфа - символичен. Это можно было сделать вчера, если уж без траура не обойтись, но не сложилось наверху.
Поляки после провального варшавского похода Тухачевского 1920-го г. всего за 2 года истребили в своих лагерях 32 тысячи наших военнопленных, попавших к ним после окружения наших войск. В Катыни, в Медном и в Старобельске в 1940 г. органы НКВД СССР расстреляли 3196 чел. поляков из тех, кто в результате проведенного расследования был осужден за участие в этих убийствах, и тех, кто совершил тяжкие преступления уже после сентября 1939 г. Плюсом к тому это были люди, не раскаявшиеся в своих действиях и не пошедшие на сотрудничество с СССР. Авторитетное свидетельство бывшего члена Политбюро ВКП (б) Лазаря Кагановича от 6 ноября 1985 г.:
"В беседе 6.11.1985 г. Л.М.Каганович рассказал, что весной 1940 г. руководством СССР было принято вынужденное, очень трудное и тяжело давшееся, но, по словам Л.М.Кагановича, абсолютно необходимое в той сложной политической обстановке решение о расстреле 3.196 преступников из числа граждан бывшей Польши. Согласно свидетельству Кагановича, в основном были приговорены к расстрелу польские военные преступники, причастные к массовому уничтожению в 1920-21 гг. пленных советских красноармейцев, и сотрудники польских карательных органов, замазанные преступлениями против СССР и польского рабочего движения в 1920-е - 1930-е годы. Кроме них, были также расстреляны уголовники из числа польских военнопленных, совершившие на территории СССР тяжкие общеуголовные преступления уже после своего интернирования в сентябре-октябре 1939 г. - групповые изнасилования, разбойные нападения, убийства и т.д."
Там же в Катыни и немцы во время оккупации расстреляли несколько тысяч наших военнопленных и гражданских лиц, все они лежали рядом с поляками. Цифры расстрелянных в 1940 г. нашими, до 80-х гг. неизвестные, и много больше расстрелянных в 1941-43 гг. немцами поляки впоследствии полностью приписали нам как количество расстрелянных нами. Наши в 1943 г. после освобождения территории при работе комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков начали эксгумировать останки расстрелянных немцами, а теперь эти кадры хроники также приписывают к эксгумации исключительно убиенных русскими поляков. Не стали бы наши органы НКВД заниматься эксгумацией ими же расстрелянных поляков, да еще снимать это на киноплёнку с последующим её обнародованием, равно как и организовывать судмедэкспертизы останков для своего обличения. А вот эксгумацию убитых немцами людей, напротив, документировать и снимать стали бы, что и было исполнено. При этом выявилось то, что часть убитых была в польской военной форме. Где гарантия в том, что немцы перед расстрелом не одевали в неё убиваемых ими людей? Ведь одели же они в польскую военную форму немецких уголовников в августе 1939 г. при инсценировке якобы нападения поляков на немецкую радиостанцию в Глейвице. А потом выдали трупы своих уголовников за трупы убитых польских солдат и использовали этот факт в качестве повода для нападения на Польшу в сентябре 1939 г. И как объяснить факт того, что среди эксгумированных останков "поляков" в Катыни массово встречались пули как от русского, так и от немецкого оружия? Как известно, любая спецслужба горазда на разного рода провокации и подмены. Немцы тут были мастерами экстра-класса. Если на миг предположить, будто наши спецслужбы аж в 1940 г. якобы "подставляли" немцев с использованием немецких патронов в расстрелах поляков в 1940 г., то это было так же непредставимо (да и безсмысленно), как непредставима в том же 1940 г. оккупация Смоленской области немцами годом спустя. А вот "подстава" немцами русских с использованием наших патронов и польской военной формы в расстрелах немцами наших граждан в 1941-43 гг. - вполне осязаема. И эти неудобные факты польская сторона предпочитала упрямо не замечать.
История с Катынью не страдает той однозначностью, которую нам сейчас, показательно преклоняя колени перед преступниками, втемяшивает наша элита в Катынском лесу. Никто не задаётся вопросом: почему этих поляков расстреляли и почему же нерасстрелянных поляков, также интернированных в СССР в 1939 г., хватило по численности:
а) на целую 70-тысячную армию В. Андерса, созданную и снаряжённую нами и добровольно с нашего разрешения ушедшую в 1942 г. из СССР через Иран воевать к англичанам на их стороне;
б) а также на целых две армии Войска Польского в количестве аж 14 пехотных дивизий и сонма других соединений и частей, воевавших бок о бок с нами; в этих двух армиях Войска Польского воевало свыше 200 тысяч поляков.
Считаем - мы уже имеем более 270 тысяч мужчин польской национальности на нашей территории, которые благополучно прошли проверку в органах НКВД и либо интернированы, либо определены на поселение в начале 1940 г., ибо гражданами СССР они не являлись, а польского государства фактически не существовало. Например, только в одной Архангельской области бывших польских "осадников" (колонистов, в течение 20 лет "ополячивавших" земли Западных Украины и Белоруссии), привезённых туда в начале 1940 г., насчитывалось ровно 50 тысяч человек с жёнами и детьми. Каждой семье были даны деньги на обзаведение хозяйствами, выделена в пользование колхозная земля, предоставлены семена, инвентарь, дрова, строевой лес для возведения жилых домов, все трудоспособные были обеспечены работой, а в 1944 г. более половины "осадников" не хотели уезжать обратно в Польшу (обо всём этом есть подробнейшее исследование архангельского историка Тамары Мельник). Немало их было и в других областях, раз уж во время войны сумели набрать как минимум 270 тысяч мужчин для 3-х армий. О них как о своём народе, никак не попавшем под расстрелы, высшее руководство нынешней натовской Польши настырно молчало, равно как молчало все последние годы и о многом другом. Ему так и не стали значимыми 600 тысяч жизней наших солдат, отданных за освобождение Польши от гитлеровцев в 1944-45 гг. Оно также позабыло слова генерал-губернатора оккупированной Польши рейхсляйтера Ханса Михаэля Франка о том, что из поляков он приготовит отличный фарш или, к примеру: "С Польшей следует обращаться, как с колонией. Поляки станут рабами Великой Германской империи".
Кстати, второе лицо нашего государства признало факт того, что в Польше в 1920-21 гг. уничтожены 32000 наших военнопленных, но сделало вид, что якобы не существует документов, связывающих гибель наших военнопленных в Польше и расстрел 3196 поляков в СССР: "Я к стыду своему не знал, что в 20-м году военной операцией в советско-польской войне, в советско-польском тогда конфликте, руководил лично Сталин. Я этого даже не знал. И тогда, как известно, Красная Армия потерпела поражение. В плен было взято довольно много красноармейцев. По последним данным, от голода, от болезней в плену польском умерли 32 тысячи... Полагаю, повторяю, это лично мое мнение, что Сталин чувствовал свою личную ответственность за эту трагедию. И, во-вторых, совершил этот расстрел, исходя из чувства мести... Может быть, это что-то может объяснить, мы не знаем. В документах этого нет... Вопрос, конечно, почему часть людей сослали в Сибирь, а часть взяли и расстреляли? Нет этому рационального объяснения, и в документах этого нет. Непонятно, зачем это было сделано, почему совершены эти преступления, с какой целью. Нет никакого объяснения, и ни одного намека на это нет...".
Не нашлось времени и сил, чтобы признать то, что в Катыни расстреляны те, кто был засвечен в уничтожении наших военнопленных в Польше и чья вина была доказана. Этих документов очень много, свыше 4 миллионов листов, только открой. Но хватило времени и сил на то, чтобы объяснить этот факт тем, что вот, мол, Иосиф Сталин расстрелом поляков реализовал свою месть им, а это, мол, преступно. Расстрелы по приговору за преступления - это документально зафиксированный факт, а слова о мести - только частное мнение второго-первого лица, ничем не подтверждённое. Зачем же вставать на колени из-за преступников? Сколько можно мазать себя грязью?
Известный русофоб, он же первое лицо Польши, и её элита летели в Россию для того, чтобы своим присутствием, а, кто знает, - может быть и прямой речью:
а) фактически застолбить правомерность убиения ими 32000 русских военнопленных после 1920 г.;
б) вновь повинить нас в пакте Молотова-Риббентропа, как-будто сами поляки таких же пактов с Гитлером ранее не заключали и не откусывали под шумок от Чехословакии ее территорию в октябре 1938 г.;
в) вновь бросить камень в нас за то, что в сентябре 1939 г. после бегства правительства из Польши мы вступили на её территорию и вернули свои земли, захваченные поляками в 1920 г., на которых они осуществляли активнейшее ополячивание населения (документов тому - прорва);
г) создать еще один задел на будущее для новых претензий по поводу пребывания наших войск после 1945 г., а, возможно, и выдвинуть их именно на церемонии, и т.п.
Ведь для чего-то именно бортом № 1, но без официального приглашения руководством России, и летело всё польское руководство. Их никто из наших официальных лиц не собирался встречать. Катынские останки поляков для пассажиров борта № 1 явно были лишь поводом для реализации чего-то большего, пока несвершившегося.
Возможно, о планах бывшего польского руководства, когда улягутся волны вокруг трагедии, мы вскоре узнаем. Вода дырочку найдёт. Косвенным подтверждением того, ЧТО намеревались совершить летевшие в Катынь высшие польские лица (или чему дать старт), стало немедленное сворачивание всей церемонии после получения известия о гибели борта № 1. Без их участия вероятная запланированная пощёчина России потеряла смысл. Участникам стали неинтересны польские останки военных преступников, покоящиеся в Катыни. Уже сейчас в Польше начали обвинять Россию в факте катастрофы. Может быть смерти высших польских лиц станут отрезвляющим душем для нового руководства Речи Посполитой?
Недружественных для нас целей визита, вероятно, было немало. Господь не дозволил сие! Падением польского борта № 1 свершилось Высшее Правосудие, не зависящее от людских страстей и счётов двух государств, но явным образом вернувшее зло его источнику. "










